Другая языческая крайность, с которой человек может столкнуться при неправильной организации своей молитвенной жизни, – это чрезмерная молитвенная экзальтация.

О жрецах Ваала и их молитвах сказано в Библии: «И стали они кричать громким голосом, и кололи себя по своему обыкновению ножами и копьями, так что кровь лилась по ним. Прошел полдень, а они все еще бесновались до самого времени вечернего жертвоприношения» (3 Цар. 18: 28–29). Экзальтация на молитве – это и есть особенность языческого понимания молитвы. Язычники кричат, потому что думают, что Бог может их и не услышать, занимаясь каким-нибудь Своим делом. В их понимании Бог реагирует на людей с громкими голосами и с хорошими подарками. Подобное представление о Боге слишком очеловечено и ни в коей мере не приближает человека к пониманию божественного Духа. Сказано: «И духи пророческие послушны пророкам, потому что Бог не есть Бог неустройства, но мира. Так бывает во всех церквах у святых» (1 Кор. 14: 32–33).

Мне приходилось наблюдать харизматические сектантские моления. Там духи настолько завладевали людьми, что те совершенно не могли никак контролировать себя. Некоторые падали на пол и пребывали в полном оцепенении, некоторые, лежа на полу, тряслись, их тела буквально крутило и подбрасывало. Это было полное духовное неустройство. И кто-то дерзает говорить, что это работа Духа Святаго! Какое духовное бесчувствие и какая слепота!

Но не надо думать, что подобные перекосы случаются только у еретиков. Есть проблемы, связанные с чувственностью и экзальтацией на молитве, и в православной среде. Очень многие неправильно молятся. И от этого впадают в состояние депрессии, близкое к состоянию прелести. Особенно этим страдают женщины, но иногда и некоторые мужчины. Это состояние близко к состоянию кликушества. Чтобы избежать подобного духовного заболевания, во время молитвы надо помнить о некоторых правилах.

Первое. Прежде всего, нельзя во время молитвы что-то представлять – некие образы воображаемые. Некоторые закрывают глаза во время молитв и представляют Христа, Божию Матерь или святых. Это совершенно недопустимо. Ведь икона и существует для того, чтобы отсечь наше чувственное восприятие духовного мира и дать нам бесстрастные формы иной реальности. Канонически правильно написанная икона дает нам бесстрастный образ, который делает и наше восприятие объекта молитвы бесстрастным. В противном случае человек общается не со Христом, Божией Матерью или святым, а со своим собственным субъективным (чувственным) восприятием святыни. То же самое происходит, если мы молимся перед иконой, написанной в западной (реалистической) манере. К сожалению, многие храмы, особенно построенные в XVIII и XIX веках, наполнены списками с католических, чувственных картин. В свою очередь, латинские художники29, рисуя своих «Мадонн», часто просили женщин легкого поведения (проституток) позировать им. Эль Греко, и не только он, но и многие другие западные художники писали своих святых и «апостолов» с одержимых людей, прямо в психлечебнице. И то, что с этих латинских (католических) изображений делали образцы для росписи православных храмов, есть не что иное, как откровенное кощунство и попрание самого понятия ИКОНА. Икона – это список, который своим первоисточником всегда имеет духовное явление, открытое какому-нибудь святому человеку. А картина – это чувственная фантазия духовно незрелого человека. Можно только представить, в какой «духовный» мир она может открыть окно. Слава Богу, что, восстанавливая многие храмы, уже в наше время многие благочестивые настоятели отказались от латинской мазни и вернулись к традиционному церковному канону при написании фресок и икон. Без этого нормальная духовная (молитвенная) жизнь навряд ли возможна.

Continue reading →

Молитвенная экзальтация.

 Другая языческая крайность, с которой человек может столкнуться при неправильной организации своей молитвенной жизни, – это чрезмерная О жрецах Ваала и их молитвах сказано в Библии: «И стали они кричать громким голосом, и кололи себя по своему обыкновению ножами и копьями, так что кровь лилась по ним. Прошел полдень, а они все еще бесновались до самого времени вечернего жертвоприношения» (3 Цар. 18: 28–29). Экзальтация на молитве – это и есть особенность языческого понимания молитвы. Язычники кричат, потому что думают, что Бог может их и не услышать, занимаясь каким-нибудь Своим делом. В их понимании Бог реагирует на людей с громкими голосами и с хорошими подарками. Подобное представление о Боге слишком очеловечено и ни в коей мере не приближает человека к пониманию божественного Духа. Сказано: «И духи пророческие послушны пророкам, потому что Бог не есть Бог неустройства, но мира. Так бывает во всех церквах у святых» (1 Кор. 14: 32–33).

Мне приходилось наблюдать харизматические сектантские моления. Там духи настолько завладевали людьми, что те совершенно не могли никак контролировать себя. Некоторые падали на пол и пребывали в полном оцепенении, некоторые, лежа на полу, тряслись, их тела буквально крутило и подбрасывало. Это было полное духовное неустройство. И кто-то дерзает говорить, что это работа Духа Святаго! Какое духовное бесчувствие и какая слепота!

Но не надо думать, что подобные перекосы случаются только у еретиков. Есть проблемы, связанные с чувственностью и экзальтацией на молитве, и в православной среде. Очень многие неправильно молятся. И от этого впадают в состояние депрессии, близкое к состоянию прелести. Особенно этим страдают женщины, но иногда и некоторые мужчины. Это состояние близко к состоянию кликушества. Чтобы избежать подобного духовного заболевания, во время молитвы надо помнить о некоторых правилах. 

 Первое. Прежде всего, нельзя во время молитвы что-то представлять – некие образы воображаемые. Некоторые закрывают глаза во время молитв и представляют Христа, Божию Матерь или святых. Это совершенно недопустимо. Ведь икона и существует для того, чтобы отсечь наше чувственное восприятие духовного мира и дать нам бесстрастные формы иной реальности. Канонически правильно написанная икона дает нам бесстрастный образ, который делает и наше восприятие объекта молитвы бесстрастным. В противном случае человек общается не со Христом, Божией Матерью или святым, а со своим собственным субъективным (чувственным) восприятием святыни. То же самое происходит, если мы молимся перед иконой, написанной в западной (реалистической) манере. К сожалению, многие храмы, особенно построенные в XVIII и XIX веках, наполнены списками с католических, чувственных картин. В свою очередь, латинские художники29, рисуя своих «Мадонн», часто просили женщин легкого поведения (проституток) позировать им. Эль Греко, и не только он, но и многие другие западные художники писали своих святых и «апостолов» с одержимых людей, прямо в психлечебнице. И то, что с этих латинских (католических) изображений делали образцы для росписи православных храмов, есть не что иное, как откровенное кощунство и попрание самого понятия ИКОНА. Икона – это список, который своим первоисточником всегда имеет духовное явление, открытое какому-нибудь святому человеку. А картина – это чувственная фантазия духовно незрелого человека. Можно только представить, в какой «духовный» мир она может открыть окно. Слава Богу, что, восстанавливая многие храмы, уже в наше время многие благочестивые настоятели отказались от латинской мазни и вернулись к традиционному церковному канону при написании фресок и икон. Без этого нормальная духовная (молитвенная) жизнь навряд ли возможна. 

Второе. Следующее важное условие для нормальной молитвы – это отказ от истерической экзальтации. Давайте вспомним, каким сопутствующим текстом начинается утреннее правило. Сказано: «Посему постой мало молча, дондеже утишатся вся чувствия…» Утишить чувствование совершенно необходимо, иначе на молитве будет преобладать не духовное, а плотское чувство. Некоторые истерические особы любят рыдать на молитве или проявлять чрезмерную радость – и то, и другое недопустимо. Пусть примером для вашей молитвенной практики станет церковное клиросное чтение. Это чтение бесстрастно, целомудренно и благочестиво. Здесь отсутствует молитвенная экзальтация, близкая к чувственному оргазму. Если говорить о слезах, то Церковь учит, что есть дар слез, который дается немногим. В противном случае рыдания и плачь на молитве могут оказаться такой же чувственной экзальтацией, оскорбляющей своей плотской чувственностью Бога.

Другое дело – плачь о нераскаянных грехах, который, впрочем, неуместен после доброй исповеди. Писание учит нас: «Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь» (1 Фес. 5: 16–17). Видите, братия и сестры, здесь радость и молитва суть понятия близкие и даже тождественные. Обеспечить для себя такую тихую радость на молитве мы сможем через бесстрастие зрака и чувства. Апостол Павел однажды воскликнул: «Радуйтесь всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь» (Флп. 4: 4). Впрочем, и в радости надо помнить о некоей мере. Сказано: «Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими» (Рим. 12: 15). Но при всем при этом трудно мне представить православного человека хмурым и до истеричности несчастным. Наша вера есть вера Светлой (Святой) Руси, Руси благостной и тихой (то есть бесстрастной).

Третье. Важное условие в молитве – не молитесь с закрытыми глазами и про себя. Это опасно для новоначальных, ибо умная и непрерывная молитва есть удел совершенных и духовно развитых людей (и, как правило, из числа монашествующих). Самочинно берущих на себя подобное правило может постигнуть духовный недуг. Также есть совет не молиться по памяти при совершении правила. Ибо диавол может смутить нас, перепутав слова нашего молитвенного правила. И еще один совет о правильной молитве: если во время чтения молитвы вы поймали себя на том, что ваша мысль ушла куда-то в сторону, то начните эту молитву сначала – не все правило, а именно эту молитву. Если и после этого молитвенный настрой не восстановится, надо сосредоточить внимание на тексте, который перед вашими глазами. Может быть, еще раз перечитайте его. Обращайте внимание на то, где запятые, точки и как правильно ставить ударения в славянских словах. Славянский язык любите: его бесы боятся, а Ангелы любят.

При соблюдении всех необходимых условий на молитве молитва принесет нам и радость духовную, а с нею подлинное утешение и надежду на божественные Милосердие и Любовь.

Итак, любые перекосы в молитвенной жизни человека есть проявление неких языческих начал в человеческой душе; именно имея это в виду, Сын Божий, учит нас: «А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны». Лишнее на молитве – все то, что мешает молящемуся человеку с чистым сердцем общаться с Богом.

Сегодняшняя беседа предваряет и беседу о самой возвышенной и самой совершенной молитве – Молитве Господней «Отче наш…» О ней мы поговорим в следующий раз, если будем живы и Господь позволит.

Спаси вас Христос!

Протоиерей Олег Стеняев

https://pravoslavie.ru/96073.html#sdendnote29sym

Видение грехов. Своих и чужих.

О смирении. Схиигумен Савва (Остапенко).

«Признак смирения – это когда человек не только не хочет видеть чужих грехов, но и не может видеть их, потому что его собственные грехи заслоняют чужие и потому что при свете благодати он слишком ярко зрит Бога».

= = = = = = = = =

О видении своих грехов. Святитель Игнатий (Брянчанинов).

Предлагаю Вам священную, глубокой древности повесть: «Три усердные к добродетельной жизни инока предположили для себя следующия благочестивыя занятия: первый — примирять поссорившихся между собою. К этому занятию приводило его слово Евангелия: «блаженни миротворцы». Второй решился всю жизнь проводить в служении больным; его привлекли к такому занятию слова Господа: «болен бех и посетисте Мене». Третий удалился на безмолвие в пустыню. Примирявший враждующих между собою имел очень скудный успех. Утомившись, он пришел к брату, посвятившему себя служению больным; но и того нашел ослабевшим, немогущим далее продолжать своего служения. Тогда оба согласились повидаться с пустынником. Пришедши к нему, они поведали ему скорбь свою и умоляли сказать им, что приобрел он в безмолвии? Пустынник, несколько помолчав, взял воды, и, налив в чашу, сказал им: посмотрите в воду. Они посмотрели, но не увидели ничего, потому что вода была мутна. По прошествии немногаго времени пустынник опять сказал им: вода устоялась, — теперь посмотрите. Когда они посмотрели в воду, — увидели в ней лица свои, как в зеркале. Он сказал им: «живущий посреди человек не видит своих согрешений, будучи возмущаем развлечением мира; когда же он придет на безмолвие, особенно в пустыню, тогда начинает усматривать живущий в себе грех». Надо сперва усмотреть грех свой, потом омыть его покаянием и стяжать чистоту сердца, без которой невозможно совершить ни одной добродетели чисто, вполне с извещением совести.

Зрение своих согрешений — не так легко, как может показаться по наружности, при первом поверхностном взгляде. Чтоб стяжать это зрение, — нужно много предварительных сведений. Нужно подробное знание закона Божия, без чего нельзя знать положительно — какия именно дела, слова, помышления, ощущения принадлежат правде, — какия греху. Грех часто принимает вид правды! — Нужно знать подробно свойства человека, чтоб знать, — в чем заключаются греховныя язвы ума, в чем язвы сердца, в чем язвы тела. Нужно знать, — что падение человека? Нужно знать, какия свойства должны быть у потомков новаго Адама, чтоб видеть, какие и в чем наши недостатки. Столько-то требуется предварительных сведений, сведении важных, для получения подробнаго сведения и яснаго зрения своих согрешенений! К такому зрению приводит истинное безмолвие. Оно доставляет душе устроение, подобное чистым зеркальным водам; в них видит человек и свое состояние и, соразмерно преуспеянию своему, состояние ближних.

Мое уединение прерывается частыми внутренними и внешними молвами; вода моя по большей части мутна! Редко, редко получает она некоторую зеркальность, — и то, — на мгновение! В это краткое мгновение рисуется пред очами ума моего привлекательнейшее зрелище. Вижу безконечную ко мне милость Божию, вижу цепь безпрестанных Божиих благодеяний. За что излились они на меня? — недоумеваю. Чем заплатил я за них Благодетелю — безпрерывными грехами. Смотрю на грехи мои и ужасаюсь — как бы смотрел я в страшную глубокую пропасть, от одного взора в которую начинает кружиться голова. А что, если смерять эту пропасть?… И начинаю измерять ее скорбию, измерять воздыханиями и рыданиями!… Еще рыдаю, — внезапно изменяется в сердце печаль на восхитительную радость: как будто кто-то говорит моему сердцу: «Непостижимый благодетель Бог недоволен Своими благодеяниями; Он еще хочет ввести тебя в небо, соделать причастником наслаждения вечнаго». Я верю этому: всякаго благодеяния, как бы оно ни было велико, можно ожидать от безмерной благости Божией. Верую, — и в  тихое, упоительное веселие погружается все существо мое.

Письмо № 212

https://www.mgarsky-monastery.org/kolokol/videnie-svoih-grehov

https://pravoslavie.ru/80870.html

Ни на какие пророчества не реагируй. Все, что будет в жизни, примем от Господа.

✒ Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

Спасаемся верой и покаянием, а не расценкой дел и исправностью. Старец Савва (Остапенко).

1. Вы пишете: «Хочу быть исправной и сердце сокрушенно иметь». Увы! Это невозможно: во-первых, все исправить мы бессильны, а во-вторых, если и сумеем исправить, то вырастет тайный самоцен и сокрушение будет тогда у нас поддельное, потому что в глубине души мы будем чувствовать свою исправность и праведность – конечно, фарисейскую. Такая бывает, и ей помогает бес.

Спросите: а как же святые бывают под конец действительно безгрешными, например, апостолы, св. Варсонофий и Иоанн и др., неужели и они были неисправны? Нет, они были исправны, но эта исправность у них была не самодельная, не плод их усилий, а дар Божий за покаяние и смирение. Поэтому заметьте: они искренно, вопреки исправности, считали себя первыми грешниками, не гордились, ибо как гордиться чужим капиталом, т. е. даром благодати (туне прияхом).

Наоборот, еще больше трепетали, сознавая свое недостоинство, и боялись потерять смирение и покаяние, находясь в очаровании дара Божия. Вот почему великие святые Иоанн Златоуст, Василий Великий, Симеон Метафраст оставили нам молитвы к причастию, полные величайшего покаянного вопля, за это они и стали великими, не за дела, и получили дар праведности.

Понятно, почему многие святые искренно взывали к Богу: «Возьми от нас дар исправности, утиши волны благодати, даруй зрети наши прегрешения» (св. Ефрем Сирин). Итак, нужно бояться прелести от самовольной исправности, всегда однобокой и фальшивой, и не бояться неисправности, бывающей от немощи, не по озорству, ибо она ведет к спасительному смирению и сокрушению; «вся наша правда пред Тобой, яко руб (рубище) поверженный», говорится в Троицкой (5-й) молитве.

2. «Хочу быть и праведницей». Но Господь пришел для грешников, и об одном грешнике кающемся на небе бывает радости больше, чем о десяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии. Это слова Господа что-нибудь да значат. Не то ли, что эти праведники – увы, по настроению фарисеи? Во всяком случае, ни один святой не высказывал желания быть «праведником», тут сразу слышится самоцен, и тщеславие, и гордость, а желали для себя, «первейших грешников» (апостол Павел), быть помилованными (см. молитву св. Евстратия на суб. полунощи).

Раз я искренно сознаю себя грешником, то вполне естественно и справедливо молить о помиловании, а не мечтать в ослеплении от самоисправности и самоцена о праведности: у грешника и мысль не дерзает подняться сюда.

В притче о блудном сыне даны живые примеры гордой самодельной исправности (старший сын, воспылавший гневом на вернувшегося брата и на отца) и кающейся неисправности и даже бывшей сознательной греховности, однако за смирение привлекающей благодать и милость Божию.

3. Вывод из сказанного такой: не делайте перегиба в сторону дел и вообще не оценивайте их, они оправдания сами по себе не ищут… «Благодатью… есте спасени, через веру, и сие не от нас, Божий дар, не от дел, да никто же похвалится» (делами) (Еф. 2:8–9). «Верова же Авраам Богови, и вменися ему в правду» (праведность) (Рим. 4,3). Вера же рождается от смирения и покаяния, как и говорит Господь: «покайтеся сначала и веруйте во Евангелие» (Мк. 1, 15). Вот эти корни духовной жизни и имеют оправдательную цену, если можно так выразиться.

Живая вера при помощи благодати Божией, а не своих гнилых усилий произведет много дел, так сказать, на Божий капитал, а поэтому гордиться ими нельзя и засматриваться на них нечего: сердце наше должно быть занято в чувствах веры, смирения, покаяния и любви, беседой с Господом, живым и блаженным общением с Ним, а не отвлекаться от Него в горделивое, самостное и Богу ненавистное рассматривание своих дел и подвигов, сделанных (если они действительно были) за чужой счет, т. е. Божий, а не наш.

Continue reading →
Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести.  Схиигумен Савва Остапенко.

Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести. Схиигумен Савва Остапенко.

Ты подумал, что хорошо сказал, хорошо сделал – вот уже прелесть. Размечтался о своих дарованиях – опять прелесть. Принял похвалу – и это прелесть.

= = = = = = = =

Диавол, прельщавший их…

Откр 20,10

Слово «лесть» обозначает обман, и люди, находящиеся в «прелести», – это обманутые люди (темной силой). Для последней легко обмануть тех, кто лишен благодати, защищающей человеческие души. Благодати же лишен тот, кто грешит, заражен страстями и не кается.

Из страстей самой страшной является гордость с ее последствиями: самомнением, самочинием, самоуверенностью, непослушанием, отсутствием авторитетов. Вот на таких людей легко действовать темной силе и прививать им «прелесть» в той или иной форме. Это случается всегда, когда люди в духовном отношении стоят одиноко, не признавая для себя никаких авторитетов, не желая иметь ни советов, ни руководства.

По мере роста подвигов в прельстившихся растут гордость, самомнение и они видят видения: образ Христа, святых и Ангелов, слышат их голоса, принимая за дары благодати. Часто эти люди гибли в своем ожесточении и кончали жизнь самоубийством.

Однажды один инок возгордился и перестал посещать старца. Ему во время молитвы явился ангел блистающий и сказал: «Твоя ревность и молитвы угодны Богу, но их недостаточно. Требуется жертва – пожертвуй один глаз». И инок в экстазе сжег свечой глаз.

И ничего не сказал старцу. Затем вторично является ему ангел, который требует у него второй глаз. У него не хватило сил лишить себя последнего глаза. Братия заметили его состояние. И вот пошел он к старцу. Старец спросил: «Что это ты перестал меня посещать и кто руководит тобой? Уж не ангел ли? И как это ты глаз потерял? Уж не по совету ли ангела?» Тут открылись его духовные очи, и он понял свое прельщение и, обливаясь слезами, упал в ноги старцу.

Одним из видов прелести является стремление к благодатным душевным переживаниям, к вкушению во время молитвы духовной сладости и восторга или умиления. Епископ Игнатий (Брянчанинов): «Если в тебе кроется ожидание благодати – остерегись: ты в опасном положении».

Нужно считать, что всякое пренебрежение авторитетом Церкви и непризнание общепринятых в Церкви основ, религиозных понятий грозит увести христианина от истины и тем предать его влиянию темных сил.

Для всякого христианина в миру, стоящего одиноко, без послушания духовным отцам, всегда имеется опасность впасть в прелесть в той или иной форме или степени. Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести. Все мы обмануты, все обольщены, все находимся в ложном состоянии и нуждаемся в освобождении истиною.

Ты подумал, что хорошо сказал, хорошо сделал – вот уже прелесть. Размечтался о своих дарованиях – опять прелесть. Принял похвалу – и это прелесть.

Начало прелести:

1) самонадеянность, самочиние;

2) устремление внимания на себя, «эгоцентризм».

Как предохранить себя от прелести:

1) быть в послушании старцу;

2) изучать Священное Писание, творения святых отцов;

3) опасаться иметь мнение, различное от Церкви;

4) быть чутким к мнению друзей и окружающих, быть внимательным к их суждениям.

Господь обличает нас устами наших близких. Борьба с раздвоенностью нашей души есть дело всей нашей жизни. Можно прожить, и живут многие, всю жизнь слабой чьей-то тенью, копией. Самый первый и важнейший смысл существования – быть самим собой, возвышаясь до преобразования себя в «образ и подобие Божие». Как говорит Священное Писание: «Весь мир во зле», а истинных христиан лишь «малое стадо».

https://clck.ru/Uhccu

Согрешил чем-либо – не смущайся. Схиигум Савва (Остапенко).

Согрешил чем-либо – не смущайся опять и не унывай, не доставляй этим радость врагу, а укори себя, сердечно воззови к Богу с покаянием, и грех прощен (на исповеди скажи), и будь мирен в душе. Этим обрадуешь Господа.

«Стяжи мирный дух, и подле тебя спасутся тысячи», – говорил преподобный Серафим.

https://clck.ru/UhdBK

Об отчитке отец Иоанн (Крестьянкин) и отец Адриан (Кирсанов).

В свое время отец Адриан был более доступен, чем отец Иоанн (Крестьянкин). У батюшки Иоанна был колоссальный поток обращающихся, да он был и постарше отца Адриана. Как умудренный опытом, он был, кстати, против «отчиток».

– Господь и без «отчитки», – уверял отец Иоанн, – может исцелить. Это просто крест, который Господь дал этому человеку, надо его понести.

Отец Адриан отчитывал многих бесноватых. Потом он и сам согласился, что зря. Он и мне лично об этом говорил, рассказывая такую историю.

– Приезжала, – говорит, – ко мне мать с бесноватой дочкой-подростком. А девочка такая благообразная, мне ее так жалко стало, что стал я за нее усиленно подвизаться: постился, молился.

В конце концов эта хорошенькая девушка исцелилась… А дальше что? Прошел год-два, приезжает ее мать, вся в слезах:

– Она в храм не ходит, не причащается, сошлась и живет с каким-то парнем…

Стало же еще хуже!

– Зачем же я ее исцелил? – сокрушался потом и сам отец Адриан. – Так-то она хоть в храм ходила, причащалась… Да, страдала. Но это и был спасительный для этого человека крест.

Бог рядом: живые истории Божественного Промысла.

Бог рядом: живые истории Божественного Промысла.

Священник Валерий Духанин

Часть 1. Неслучайные случайности.

Тайна: Господь невидим, но присутствует рядом. Мы не видим Его, зато Он видит нас. Нам кажется, что вокруг всё происходит стихийно, а Он содержит весь мир Своим Всемогуществом и Премудростью.

Даже в дохристианские времена человек интуитивно чувствовал: над нами есть Некто, Кто над всем надзирает. Так,

Святитель Иоанн Златоуст говорил: «Заботясь о нашем спасении, Господь являет нам много таких благодеяний, о которых мы и не знаем, часто избавляет от опасностей и другие оказывает милости». То есть мы даже не знаем, сколько раз Бог ограждал нас от бед и несчастий. Мы не замечаем благодеяний Господа, тогда как Он неустанно печется о нас.

Промысл Божий – это живое действие Божие в мире, это неусыпное попечение Создателя о Своем творении. Сотворив мир, Господь не забыл о нем, подобно как некоторые птицы забывают своих едва вылупившихся птенцов. Но Творец участвует в нашей жизни, попуская нам то, что важно для нас именно в данный момент, хотя бы мы этого и не понимали.

С иеромонахом Аверкием мы встретились в Лавре в 2008 году. Как сейчас помню, он ходил с белым корсетом на шее и радостно улыбался. Про корсет скромно говорил: «Перелом шеи», но я не стал его особо расспрашивать: мало ли переломов бывает на свете. В Лавре отец Аверкий прожил семь месяцев, потом вернулся в Казахстан. И только недавно, когда я с ним вновь повстречался, вот что он поведал о той аварии.

Continue reading →
О путях Промысла Божия в жизни человеческой. Святитель Иннокентий (Борисов).

О путях Промысла Божия в жизни человеческой. Святитель Иннокентий (Борисов).

«Господи упование мое от юности моея.
В Тебе утвердился от утробы, от чрева матере моея.
Ты ecи мой покровитель: о Тебе пение мое выну»
(Пс. 70, 5–6).

Святой Давид находился некогда в одном из злополучных состояний. Лютые враги окружили его, как пчелы сот; стрелы бедствий проникли до души его; он сделался предметом поношения для всех знаемых; силы его истощились; Сам Господь, благодеявший Давиду, удалился от него, состояние ужасное!

Но праведник не изнемогает! Не находя утешения в настоящем, он обращается к прошедшему; приводит себе на память многоразличные события, с ним случившиеся; проходит мыслию все возрасты своей жизни; восходит к ее началу; ищет Господа» от него удалившегося, по всем следам бытия своего.

И вот мрак рассеивается! Промысл, не зримый в настоящем, открывается в прошедшем; верующий страдалец видит, что Господь не раз подвергал его великим и лютым бедам, но всегда спасал от них, что чем горче бывала чаша искушений, тем большею всегда вознаграждалась сладостию.

Естественная вера научает нас, что Промысл управляет жизнью каждого человека; а Евангелие уверяет, что без воли Отца Небесного не может упасть с главы нашей ни одного волоса (Лк 12, 7). Но много ли людей, кои, быв принуждены, подобно Давиду, обратиться к прошедшей жизни своей, подобно ему, могли бы находить в ней утешительные следы Промысла, им благодеявшего? Напротив, между христианами есть немалое число даже таких, для коих собственная жизнь служит источником сомнений о Провидении. Почему же не находят многие в своей жизни Промысла Божия, когда Он, по неложному учению веры и разума, управляет жизнью каждого?

Заблаговременно должно приучить себя находить утешение в Промысле.

И, во-первых, когда большею частью обращаются к путям Промысла и ищут в них утешение? Когда поражены каким-либо бедствием, когда ни в ком и ни в чем на земле не находят отрады, когда ум смущен, чувства помрачены, сердце подавлено скорбью. То есть те минуты, в которые нередко забывают самих себя, которые почитаются неспособными к размышлению о вещах обыкновенных, те самые минуты избирают для размышления о путях Промысла! Справедливо, что во время скорби для нас нужнее, нежели когда-либо, утешительная уверенность в Провидении; но столько же несомненно и то, что мы тогда бываем менее всего способны идти по следам Провидения. Много ли Давидов, кои, находясь среди огня искушений, сохранили бы всю веру, могли бы оставаться спокойными созерцателями отеческой любви Божией и тогда, когда она скрывается под видом гнева и правды? Святое искусство сие есть плод долговременной опытности; мы не имеем его и между тем отваживаемся на то, что возможно и полезно для одних опытных.

Continue reading →