О священниках.

О священниках.

Еще недавно в Грузии жил один из самых известных подвижников XX века архимандрит Гавриил (Ургебадзе).

Знаменитый старец, ныне прославленный в лике преподобных, оставил по себе много благодарной памяти. И среди слов, которые люди запомнили, есть обращение к ропотникам, тем, что вечно бурчат: «Священники плохие, власть плохая, все плохое».

Маммо Габриэли, то есть отец Гавриил, так отвечал им: «Вы хотели бы, чтобы президентом у вас была царица Тамара, а на приходе у вас служил Николай Чудотворец. Но вы-то сами – кто?».А еще мы бы хотели, чтобы врачом в поликлинике работал святой Пантелеимон, а на клиросе пел царь Давид или хотя бы Федор Шаляпин. А также (спасибо, Александр Сергеевич), чтобы «была я владычицей морскою, а Рыбка была бы у меня на посылках». Но, простите, вы в зеркало глядели? А в совесть заглядывали? Со здравым смыслом советовались, или хотя бы с отцом Гавриилом? Сами-то вы – кто?

Но вот помечталось мне, что действительно на приходе, где я прихожанином, служит святой Николай. Без сомнения, приход сразу набьется людом как та сеть, которую Петр забросил одесную корабля, рыбой. За чудесами, за милостыней, за благодатной помощью набьется. И без внешней рекламы. Еще бы! У всех беда. Сын пьет, невестка гуляет, денег нет, муж работу потерял, у меня рак… Так что – все к Николаю! Он всем поможет.

Но святитель Николай ведь не будет «угодником» в смысле одного только угождения нам. Он, главным образом, Богу угождать будет и от нас того же потребует. Потребует ежевоскресного хождения к Литургии. Чего доброго, заведет полноценное всенощное бдение. В смысле – на всю ночь, а на рассвете – Литургия. Заставит поститься по уставу, а не так, как мы привыкли – с карасиками. По средам не едим. По пятницам – тоже. Велит Псалтирь наизусть изучить. Памятуя о знаменитой пощечине Арию, можно предполагать, что иному вольнодумцу св.Николай и «портрет»испортит. И вообще все его неизбежно пламенное служение предстанет перед развращенным и ленивым нынешним христианским сообществом как вызов, мука, обличение и издевательство.

Да я ведь к Николаю только за чудом и только на пару минут! Мне за чудом. Сколько стоит? А так мне «в Париж, по делу, срочно!». Ты, Николай, дай-ка мне просимое, да побыстрее. Да в душу не лезь. Чужая душа, сам знаешь, потемки. Ну, и я пошел. Прощай, Николай. До скорого свидания. До следующей нужды. А он тебе: «Стой, паршивец. А ну, глянь мне в глаза! Ты что это вздумал храм в торговую лавку превращать? Добра хочешь? Помощи хочешь? А потрудиться для Христа хочешь? Долги раздать, бедным помочь, ночью на молитву стать?» Ну и так далее.

Знаете, что потом будет? Вскоре, через месяц-другой, в Патриархию полетят письма и телеграммы анонимных стукачей и официальных оскорбленных и униженных. Будут жаловаться на того, кому сегодня молятся, если бы он сегодня жил, а не в четвертом веке. Как пить дать. Будут говорить про Николая Чудотворца: «Грубый, изувер, службы длинные, строгий непомерно, дерется даже, ругается, никакой любви», и так далее.

А если бы на приходе у нас был священником Михаил Архангел! Храм был бы пуст! Все в ужасе и с чувством полной греховности разбежались бы кто куда. Остался бы только пепел у исповедального аналоя. Пепел грешника, сгоревшего от стыда на исповеди после нескольких вопросов исповедующего Архангела.

Одним словом, когда вам захочется побурчать о том, что все плохие (только вы хороший), вы подумайте о том, что было бы, если бы реально главой государства был князь Владимир или Андрей Боголюбский, а на приходе у вас служил Иоанн Кронштадский.

Представьте все это в деталях. Ох, вы бы взвыли! Конкретно вы. А я бы посмеялся. Так что взгляните свежим взглядом на своих родных, таких знакомых и понятных батюшек. Простых и грешных, как все. И обрадуйтесь. И благодарите Бога, что святых к святым послали, а к вам – грешникам – грешников. И успокойтесь.»

https://vk.com/wall-59350877_11697

Отец Нафанаил всегда пресекал гласные проявления оппозиционности по отношению к государству и тем более — попытки диссидентства.

Вредный отец Нафанаил. «Несвятые святые», архимандрит Тихон (Шевкунов).

Нет нужды объяснять, что к следующим выборам избирательная урна с раннего утра снова дожидалась монахов в монастырской трапезной.

И в то же время строго приглядывавший за нами отец Нафанаил всегда пресекал гласные проявления оппозиционности по отношению к государству и тем более — попытки диссидентства. Поначалу думали, что казначей просто лебезит перед властями. Но потом мы постепенно узнавали, что отец Нафанаил не раз и не два сталкивался с засланными в монастырь провокаторами или переодетыми оперативниками. Но даже вполне понимая, что перед ним искренние люди, отец Нафанаил все же всякий раз обрывал столь любимое нами вольномыслие. И не только потому, что оберегал монастырь. А скорее потому, что берег нас самих от нашего же неразумия, фанаберии и молодой горячности, замешанной на самой простой гордыне.

Он не дорого ценил слова, даже самые героические, и знал о советской власти и обо всем, что творилось в стране, не так, как мы — большей частью понаслышке да по книгам. Отец Нафанаил имел трезвое и очень личное отношение к советской власти хотя бы потому, что его отец, священник Николай Поспелов, был расстрелян за веру в тридцать седьмом году. Пройдя солдатом всю войну, отец Нафанаил стал послушником Великого Наместника архимандрита Алипия и духовным сыном святого печерского старца и чудотворца иеросхимонаха Симеона. Оба они, увидев в нем человека кристальной честности и необычайно живого ума, сделали его в тяжелейшие годы хрущевских гонений на Церковь казначеем и секретарем монастыря и поверили ему самые сокровенные монастырские тайны.

И еще к вопросу о советской власти. Как-то летней ночью я нес послушание дежурного на площади перед Успенским храмом. Звезды слабо мерцали на северном небе. Тишина и покой. Трижды гулко пробили часы на башне… И вдруг я почувствовал, что прямо у меня за спиной кто-то стоит. Я испуганно обернулся. Это был отец Нафанаил. Он смотрел в звездное небо. А потом задумчиво спросил:

Continue reading →
Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести.  Схиигумен Савва Остапенко.

Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести. Схиигумен Савва Остапенко.

Ты подумал, что хорошо сказал, хорошо сделал – вот уже прелесть. Размечтался о своих дарованиях – опять прелесть. Принял похвалу – и это прелесть.

= = = = = = =

Диавол, прельщавший их…

Откр 20,10

Слово «лесть» обозначает обман, и люди, находящиеся в «прелести», – это обманутые люди (темной силой). Для последней легко обмануть тех, кто лишен благодати, защищающей человеческие души. Благодати же лишен тот, кто грешит, заражен страстями и не кается.

Из страстей самой страшной является гордость с ее последствиями: самомнением, самочинием, самоуверенностью, непослушанием, отсутствием авторитетов. Бот на таких людей легко действовать темной силе и прививать им «прелесть» в той или иной форме. Это случается всегда, когда люди в духовном отношении стоят одиноко, не признавая для себя никаких авторитетов, не желая иметь ни советов, ни руководства.

По мере роста подвигов в прельстившихся растут гордость, самомнение и они видят видения: образ Христа, святых и Ангелов, слышат их голоса, принимая за дары благодати. Часто эти люди гибли в своем ожесточении и кончали жизнь самоубийством.

Однажды один инок возгордился и перестал посещать старца. Ему во время молитвы явился ангел блистающий и сказал: «Твоя ревность и молитвы угодны Богу, но их недостаточно. Требуется жертва – пожертвуй один глаз». И инок в экстазе сжег свечой глаз.

И ничего не сказал старцу. Затем вторично является ему ангел, который требует у него второй глаз. У него не хватило сил лишить себя последнего глаза. Братия заметили его состояние. И вот пошел он к старцу. Старец спросил: «Что это ты перестал меня посещать и кто руководит тобой? Уж не ангел ли? И как это ты глаз потерял? Уж не по совету ли ангела?» Тут открылись его духовные очи, и он понял свое прельщение и, обливаясь слезами, упал в ноги старцу.

Одним из видов прелести является стремление к благодатным душевным переживаниям, к вкушению во время молитвы духовной сладости и восторга или умиления. Епископ Игнатий (Брянчанинов): «Если в тебе кроется ожидание благодати – остерегись: ты в опасном положении».

Нужно считать, что всякое пренебрежение авторитетом Церкви и непризнание общепринятых в Церкви основ, религиозных понятий грозит увести христианина от истины и тем предать его влиянию темных сил.

Для всякого христианина в миру, стоящего одиноко, без послушания духовным отцам, всегда имеется опасность впасть в прелесть в той или иной форме или степени. Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести. Все мы обмануты, все обольщены, все находимся в ложном состоянии и нуждаемся в освобождении истиною.

Ты подумал, что хорошо сказал, хорошо сделал – вот уже прелесть. Размечтался о своих дарованиях – опять прелесть. Принял похвалу – и это прелесть.

Начало прелести:

1) самонадеянность, самочиние;

2) устремление внимания на себя, «эгоцентризм».

Как предохранить себя от прелести:

1) быть в послушании старцу;

2) изучать Священное Писание, творения святых отцов;

3) опасаться иметь мнение, различное от Церкви;

4) быть чутким к мнению друзей и окружающих, быть внимательным к их суждениям.

Господь обличает нас устами наших близких. Борьба с раздвоенностью нашей души есть дело всей нашей жизни. Можно прожить, и живут многие, всю жизнь слабой чьей-то тенью, копией. Самый первый и важнейший смысл существования – быть самим собой, возвышаясь до преобразования себя в «образ и подобие Божие». Как говорит Священное Писание: «Весь мир во зле», а истинных христиан лишь «малое стадо».

https://clck.ru/Uhccu

Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести.  Схиигумен Савва Остапенко.

Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести. Схиигумен Савва Остапенко.

Ты подумал, что хорошо сказал, хорошо сделал – вот уже прелесть. Размечтался о своих дарованиях – опять прелесть. Принял похвалу – и это прелесть.

= = = = = = = =

Диавол, прельщавший их…

Откр 20,10

Слово «лесть» обозначает обман, и люди, находящиеся в «прелести», – это обманутые люди (темной силой). Для последней легко обмануть тех, кто лишен благодати, защищающей человеческие души. Благодати же лишен тот, кто грешит, заражен страстями и не кается.

Из страстей самой страшной является гордость с ее последствиями: самомнением, самочинием, самоуверенностью, непослушанием, отсутствием авторитетов. Вот на таких людей легко действовать темной силе и прививать им «прелесть» в той или иной форме. Это случается всегда, когда люди в духовном отношении стоят одиноко, не признавая для себя никаких авторитетов, не желая иметь ни советов, ни руководства.

По мере роста подвигов в прельстившихся растут гордость, самомнение и они видят видения: образ Христа, святых и Ангелов, слышат их голоса, принимая за дары благодати. Часто эти люди гибли в своем ожесточении и кончали жизнь самоубийством.

Однажды один инок возгордился и перестал посещать старца. Ему во время молитвы явился ангел блистающий и сказал: «Твоя ревность и молитвы угодны Богу, но их недостаточно. Требуется жертва – пожертвуй один глаз». И инок в экстазе сжег свечой глаз.

И ничего не сказал старцу. Затем вторично является ему ангел, который требует у него второй глаз. У него не хватило сил лишить себя последнего глаза. Братия заметили его состояние. И вот пошел он к старцу. Старец спросил: «Что это ты перестал меня посещать и кто руководит тобой? Уж не ангел ли? И как это ты глаз потерял? Уж не по совету ли ангела?» Тут открылись его духовные очи, и он понял свое прельщение и, обливаясь слезами, упал в ноги старцу.

Одним из видов прелести является стремление к благодатным душевным переживаниям, к вкушению во время молитвы духовной сладости и восторга или умиления. Епископ Игнатий (Брянчанинов): «Если в тебе кроется ожидание благодати – остерегись: ты в опасном положении».

Нужно считать, что всякое пренебрежение авторитетом Церкви и непризнание общепринятых в Церкви основ, религиозных понятий грозит увести христианина от истины и тем предать его влиянию темных сил.

Для всякого христианина в миру, стоящего одиноко, без послушания духовным отцам, всегда имеется опасность впасть в прелесть в той или иной форме или степени. Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести. Все мы обмануты, все обольщены, все находимся в ложном состоянии и нуждаемся в освобождении истиною.

Ты подумал, что хорошо сказал, хорошо сделал – вот уже прелесть. Размечтался о своих дарованиях – опять прелесть. Принял похвалу – и это прелесть.

Начало прелести:

1) самонадеянность, самочиние;

2) устремление внимания на себя, «эгоцентризм».

Как предохранить себя от прелести:

1) быть в послушании старцу;

2) изучать Священное Писание, творения святых отцов;

3) опасаться иметь мнение, различное от Церкви;

4) быть чутким к мнению друзей и окружающих, быть внимательным к их суждениям.

Господь обличает нас устами наших близких. Борьба с раздвоенностью нашей души есть дело всей нашей жизни. Можно прожить, и живут многие, всю жизнь слабой чьей-то тенью, копией. Самый первый и важнейший смысл существования – быть самим собой, возвышаясь до преобразования себя в «образ и подобие Божие». Как говорит Священное Писание: «Весь мир во зле», а истинных христиан лишь «малое стадо».

https://clck.ru/Uhccu